+7 (951) 322-00-07
с 8.00 до 23.00 МСК

Спасибо, Кристофер, что ждал



Не понимаю, где я нахожусь.

Яркое солнце слепит глаза. Зелень вокруг неестественного, кислотного оттенка: вся трава, кустарники и деревья, на ветвях которых не шелохнется ни один листочек. Вокруг ни души.

Делаю медленный, глубокий вдох. Выдох. Еще раз. Нужно сосчитать до десяти. Нужно успокоиться.

Раз. Смотрю под ноги. Не помню у себя таких босоножек.

Два. На мне пышное платье до колена небесно-голубого оттенка. Не узнаю его. Закрываю глаза, чтобы не отвлекаться.

Три. Четыре. Пять. Я не помню своё имя. Дыхание сбивается, руки начинают дрожать, ладони вмиг становятся влажными.

Шесть. Надо постараться вспомнить.

Семь. Восемь. Девять. Обрывки воспоминаний мельтешат перед глазами, но ни одно из них не задерживается настолько, чтобы я смогла рассмотреть его.

Десять. Оглядываюсь по сторонам. Я все там же, но замечаю кое-что странное. Подхожу ближе, чтобы разглядеть.

Оказалось, это живая изгородь из зелени темно-оливковых кустарников. Идеально ровная стена высотой метра три, не меньше.

Я иду вдоль неё, постепенно ускоряя шаг. Чувствую, как начинаю паниковать и срываюсь на бег. Боковым зрением замечаю углубление в стене. Останавливаюсь и вижу, что это вход, но за ним лишь открывается вид на ещё одну такую же неприступную зелёную преграду.

Острожно делаю несколько шагов и оказываюсь внутри. По обе стороны от меня бесконечно длинные, уходящие вдаль стены. За спиной слышу шелест листьев. Резко обернувшись, обнаруживаю, что вход исчез.

Может я сплю? Щипаю себя за руку, зажмуриваюсь. Ничего не изменяется. Эти стены вокруг похожи на гигантский, чудовищный лабиринт. А значит из него должен быть выход.

Я бегу вдоль, потом сворачиваю, мчусь ещё через несколько проходов и снова прямо. За одним из поворотов что-то мелькнуло. Маленькая, белая тень. Устремляюсь за ней следом и натыкаюсь в углублении лабиринта на небольшой куст роз. Ярко-алые цветы кажутся неправдоподобными, как мираж или голограмма. Но я их узнаю. Вместе с ними в голову возвращается воспоминание.

В тот день я проснулась под утреннее пение птиц. На улице приветливо светило солнце. Я выбралась из постели и спустилась вниз. Мама готовила мои любимые блинчики с кленовым сиропом. Она улыбнулась, увидев меня.

— Доброе утро, соня. Ты ведь не хочешь сегодня снова опоздать в школу?

Из окна кухни были видны те самые красные розы.

Воспоминание обрывается, и я снова бегу. Где-то впереди вновь маячит странная белая тень. На этот раз она заводит меня в тупик, но на траве лежит что-то яркое. Подхожу и вижу этикетку от шоколадного батончика. Я вспоминаю, когда ела такой в последний раз.

Я шла по школьному коридору. Меня остановил какой-то парень, с темными вьющимися волосами, острым носом и ярко-зелеными глазами.

Кто он такой? Не помню.

Он протянул мне батончик.

— Это тебе, держи.

— Ух ты, мой любимый шоколад. Откуда ты узнал?— спросила я.

Парень лишь пожал плечами и улыбнулся. Я поблагодарила его и пошла дальше. Затем был урок литературы и рядом со мной сидел Бен.

Я вспомнила Бена! Он мой одноклассник и мы вместе уже почти год. После окончания школы мы планируем вместе поступить в колледж.

Я хотела поделиться с ним шоколадом, но от лишь фыркнул в ответ.

— Гадость, он же с фундуком, теперь его не могу.

На этом воспоминание заканчивается. Почему я здесь? Что это за место? Я кричу, задрав голову вверх.

— Бен! Мама! Кто-нибудь!

В ответ только пустая тишина. Слёзы, до краев заполнив глаза, размывают все очертания вокруг. Передо мной появляется та самая белая тень, но тут же удаляется вперед, словно зовет за собой. Похоже на какое-то животное. Кошка? Маленький щенок?

— Подожди! Стой! — кричу я и мчусь следом.

Погоня приводит меня к развилке в лабиринте. Ровно посередине между двумя направлениями стоят качели. Такие были на школьном дворе, я помню это. Опускаюсь на сиденье и медленно раскачиваюсь. Голова слегка кружится, и я мысленно переношусь в очередной обрывок своей жизни.

Я сидела на этой же качели. Рядом стоял тот самый парень, что угостил меня.

— Бен сказал, что вы собираетесь сегодня пойти на карьер после уроков. Это правда? — спросил он.

— Тебе то что, Кристофер? — ответила я.

Верно. Его имя Кристофер. Ну конечно, он старший брат Бена, учится в выпускном классе. Они родные братья, но так отличаются друг от друга, и внешне, и характерами. Бен похож на свою маму, белокурый и улыбчивый, общительный и всегда готовый к приключениям. А Кристофер — вылитый отец — худой, угрюмый, с тонкой морщинкой между сдвинутыми бровями. Я помню, что всегда нравилась ему, хоть он и никогда не говорил этого напрямую. Но я выбрала Бена.

— Там опасно. Грунт осыпается, вы можете упасть, — продолжал Кристофер. Он произнес это не глядя на меня.

— Давно ли ты стал беспокоиться за брата? — усмехнулась я, хотя знала, что он волнуется за нас обоих.

— Будьте осторожны, — сказал Кристофер и, развернувшись, ушёл прочь.

Мы с Беном и правда собирались пойти туда. Он любит фотографировать, и на карьере мы надеялись застать красивый закат, чтобы пополнить его коллекцию снимков.

Качели останавливаются и видение исчезает. Я смотрю на два пути, доступные мне, и выбираю один из них. Солнце опускается ниже, и его лучи уже не проникают в запутанные коридоры лабиринта. Становится заметно холоднее. Мне начинает казаться, что проход сужается, стены словно сжимаются прямо на моих глазах. Я срываюсь с места и бегу, не оглядываясь, все быстрее и быстрее.

Вдруг лабиринт заканчивается и передо мной по обе стороны открывается свободное пространство, до краев горизонта залитое закатным солнцем. Это песчаный карьер, тот самый. Я стою на краю и смотрю вниз, в огромную раскрытую пасть обрыва. До дна пара десятков метров. За моей спиной раздаются голоса из прошлого.

— Ты зачем сюда приперся? — крикнул Бен на Кристофера, стоящего неподалёку.

— Я просто беспокоился за вас и решил быть поблизости.

— Чушь собачья! Думаешь, я не знаю почему ты тут? Думаешь, не вижу, как ты вечно таскаешься за нами? Отстань от нее!

Кристофер ничего не ответил. Он посмотрел в мою сторону.

— Пожалуйста, отойди от края, это опасно, — сказал он.

Бен был очень зол. Он сжал кулаки и бросился в сторону Кристофера.

Нужно было их успокоить. Я успела сделать лишь один шаг прежде, чем земля под ногами сдвинулась. Горсть песка осыпалась и стекла вниз. Моя вторая нога, стоящая на краю, резко провалилась. Отчаянно хватаясь за песчаную кромку, я падала вниз.

В голове пульсировал голос Кристофера.

— Нет! Алиса!

Я резко набираю воздух в легкие и открываю глаза. Вокруг совсем стемнело. Кажется, что я брожу здесь целую вечность, но я по-прежнему стою у карьера. Оттуда, снизу, словно из-под толщи воды, доносится тихий голос, повторяющий мое имя. Алиса. Так меня зовут.

Внезапно все вокруг исчезает: картинка, звуки, запахи, ощущения.

Я понимаю, что лежу в постели. Приоткрыв глаза, с трудом фокусирую взгляд на маленьком, светлом помещении, в котором я нахожусь. Рядом кто-то есть. Он замечает мой взгляд.

— Боже, Алиса! Ты меня видишь? Ты слышишь меня?

Его лицо и голос знакомы мне. Молодой человек, лет двадцати пяти, не больше. Его волосы темные, но среди волнистых локонов, виднеются серебристо-седые пряди. Тонкий нос, зеленые, уставшие глаза.

Он вскакивает с места и высунувшись в дверной проем кричит куда-то вдаль.

— Врача! Скорее! Она пришла в себя! Она очнулась!

Тут же вернувшись ко мне, он сжимает мою ладонь.

— Алиса, ты можешь сказать что-нибудь?

— Кристофер? Это ты? — мой голос непривычно хрипит и звучит как чужой.

В это сложно поверить, но я не могу не согласиться тем, что видят мои собственные глаза. Это он, совершенно точно, но совсем не такой, каким я его помню.

Кристофер улыбается, на его глазах блестят слезы.

— Да, да, это я.

— Что произошло? Где Бен?

— Бен? Его здесь нет, Алиса. После случившегося, он уехал из города, как только окончил школу. Я не получал от него никаких вестей уже много лет.

— Много лет? О чем ты говоришь?

— Ты помнишь, что с тобой случилось? — осторожно спрашивает Кристофер.

— Помню. Я упала с обрыва.

— Да. Ты тогда сильно пострадала и… Ты впала в кому. Врачи ничего не обещали, но я верил, что ты вернёшься. Я ждал тебя. Почти десять лет.

Я начинаю судорожно хватать ртом воздух так, будто разучилась дышать. Пытаюсь встать с постели, сорвав с рук тонкие щупальца капельницы, но Кристофер меня останавливает и крепко обнимает.

— Успокойся, все будет хорошо, все наладится. Я рядом.

Замедляю дыхание, уткнувшись в его плечо. От колючего, шерстяного свитера пахнем можжевельником. Запах кажется мне таким знакомым и родным, хотя не могу понять почему. Может потому, что все это время Кристофер приходил ко мне? Я успокаиваюсь. Вдох, выдох. Шепотом считаю от одного до десяти.

На цифре десять краем глаза вижу на столике рядом плюшевую игрушку. Белого кролика.

— Что это? — спрашиваю Кристофера, указывая на игрушку.

— Это тебе. Подарок. На прошлой неделе был твой день рождения.

Так вот кто это был. Я с горечью улыбаюсь.

— Кажется я слишком долго плутала в лабиринте собственного разума, но ты помог мне оттуда выбраться. Спасибо, Кристофер. Спасибо, что ждал.